Кино

Последний беспредел Такеши Китано

27.01.2019

Обычно я публикую сатирические рецензии, как свои, так и из СМИ, на фильмы, которые мне не понравились, но в данном случае я нарушу это правило, обозревая фильм “Последний беспредел” Такеши Китано, к которому отношусь вполне лояльно. Также я поговорю про его творчество в целом, моё увлечение им и на ряд других тем. Когда я пишу статью, то не стремлюсь жёстко придерживаться установленной темы. Возникают мысли ещё на какой-то счёт – добавляю. Мой блог – мои правила.

Делитанты из Википедии, вбив иероглифы имени и фамилии режиссёра 北野 武 в гугл-переводчик и услышав транскрипцию, переводят их, как Такэси Китано. Точно также они и с другими именами пытаются делать, очевидно, свято веря, что несут истину. Невеждам свободной от мозгов энциклопедии невдомёк, что существует такой важный параметр перевода, как оптимизация под язык, поэтому в транскрипции названия и имена не переводят. Так, например, для русскоязычной аудитории фамилия актёра, сыгравшего Рэмбо и Рокки звучит, как Сталлоне, а не Стэлоун как для англоязычной аудитории.

Тем более японский язык, как и китайский – тональный с отличающейся от русского фонетикой. Голос робота-переводчика Гугла, озвучивающий введённые иероглифы, сложные аспекты произношения передать не может, да и даже если бы мог бы, выразить в русских буквах это порой просто невозможно. Я не глубокий знаток японского, но легко привести примеры из английского языка. Так, к примеру, аналогов звуков  [ ð ] и [ θ ], которые обозначаются в английском тексте буквами “th”, в русском языке просто нет. Попытки обозначение этих звуков, как “з”, “т” или “с” будут одинаково неправильны для точной транскрипции. В таком случае помогает подстройка под язык, на который идёт перевод. Она создаёт из исходного слова новую звуковую конструкцию на его основе, которая условно это слово обозначает и хорошо фонетически вписывается в речь. Для русского уха “Такэси” с выпяченным посередине звуком “э” и стоящим после него “с” звучит неблагозвучно. Даже сам гугл-переводчик переводит эти иероглифы на русский как “Такеши Китано”.

Китано нашёл википидора, писавшего про него статью. Весьма символичная сцена из “Беспредела”, когда его герой навестил одного мужика и, пока тот сидел в кресле дантиста, разворотил ему весь рот зубным сверлом.

Кстати, включив японские интервью с Китано, несложно убедиться в том, что его имя звучит в оригинале не как “Такэси” на-русском – там другое, более сложное для русского уха произношение. Вариант из русскоязычной Википедии для японцев звучит примерно также, как для русских анекдоты про грузинов, разговаривающих на ломанном русском языке. Вся Википедия – это один большой анекдот. Такое ощущение, что её заполняют люди, которые вообще ни в чём толком не разбираются, судя по качеству их статей. Это интернет-забор, который в поисковиках навязчиво выводят по популярным ключевым запросам на первых местах, как кладезель знаний. Вместо знаний этот ресурс даёт людям дезинформацию и культивирует невежество, а если почитать обсуждения статей, где участники Википедии по газетным публикациям пытаются определить авторитетность, то возникает ощущение, что это собрание пациентов жёлтого дома. Крышует, к слову, их лавочку ЦРУ, об этом у меня на сайте рассказано в статье “Википедия приютила шпионов”.

Поэтому получается в итоге, что русскоязычные википидоры и им подражающие, с одной стороны, пытаясь быть ближе к транскрипции, делают имена и названия более корявыми для русского уха, а с другой – всё равно их неправильно русскими буквами и звуками отражают. В английских и французских передачах имя режиссёра обозначают, как Такеши с мягким “ш” и для европейцев такая оптимизация вполне оправдана, на мой взгляд.

Я не поленился сделать подборку моментов сначала из японских, а потом западных роликов, где звучит имя режиссёра. В конце видео небольшой бонус.

У незнакомых глубоко с темой читателей может возникнуть вопрос, почему я придаю этому такое большое значение, но уже лет 15 в рунете не могут прийти к единому мнению, как произносить “Такеши”, “Такеси” или “Такэси”. В данном случае я поставил в этом вопросе точку раз и навсегда. Правильно “Такеши”, т.к. такая оптимизация для русского языка вполне удачна и её для себя принял западный мир. Русский язык, несмотря на свою самобытность, всё-таки гораздо ближе к европейским языкам, чем азиатским. Я посмотрел десятки западных интервью на Ютубе с данным режиссёром и сюжетов про него – везде его называли “Такеши”, а не “Такэси”.

С творчеством Такеши Китано я познакомился на рубеже тысячелетий. Звучит несколько пафосно, но по факту это так. То ли это был самый конец 90-х, то ли самое начало 00-х, а может, даже 2000 год. Его фильмы показывали иногда по Первому каналу поздно вечером и даже ночью. Сначала “Сцены у моря” мне записала мама и посоветовала посмотреть, сказав, что ей понравилось.

Имя режиссёра было мне не знакомо, я до этого только фильмы Акиры Куросавы смотрел. Помню, фильм «Под стук трамвайных колёс» (Додескаден) про жизнь бомжей на японской свалке мне весьма понравился – колоритные персонажи, неплохой юмор. А вот его знаменитый фильм “Семь Самураев” я как-то воспринял, помню, более прохладно, может, потому, что я не из тех людей, кто грезит Японией как сказочной страной самураев, гейш и сакуры (матрёшка-водка-балалайка – российский аналог), а более реалистично смотрю на вещи, в том числе и благодаря двум прочитанным в детстве книгам “Ветка сакуры” Всеволода Овчинникова и “Япония 46” Константина Симонова.

У Овчинникова мне запомнилось, как японцы кланялись в 70-е, встав на улице, согнувшись, как вкопанные. А также как они толкаются в общественном транспорте – главное, тут делать вид, что ты действуешь как часть толпы, а не сам по себе. А у Симонова посмеялся над моментом, как они с американцами в Японии после войны бухали, да так напились, что один американец не хотел расставаться, чуть ли не в Россию готов был ехать. Простые американцы – такие же люди, как и русские, это горстка “богоизбранных” друг на друга всех натравливает, чтобы свой дьявольский гешефт получать на чужой крови. Забавно ещё как автор рассказывал, как мылись в японской семье все в одном и том же бочонке с одной и той же водой (дикость какая). Хорошие две книги, рекомендую для тех, кому интересна тема.

Из фильмов Куросавы про старые времена в Японии меня больше впечатлили фильмы “Расёмон” (когда каждый рассказывал свою историю одного и того же события, которые в итоге оказались ложью) и “Тень Воина” (как убитого сёгуна заменили похожим на него бродягой, прямо про нынешние времена в России, когда Путина заменили непонятно кем, согласно сравнениям фото в интернете).

Кадр из фильма “Сцены у моря”. Что в конце с героем произошло я так и не понял, то ли утонул, то ли утопился, не захотев стать мусорщиком, как его отец. Человек – жертва обстоятельств. Многие хотели бы жить интересно, захватывающе, а вместо этого вынуждены влачить однотипное жалкое существование. Без хороших стартовых площадок только единицам удаётся выбраться из этого и то огромной ценой. Всех нас по умолчанию делают рабами сложившейся общественной системы и с детства промывают мозги, чтобы мы в ней были гаечками и болтиками-энтузиастами. Поэтому многие и проживают серую бесцветную жизнь по шаблону. Я на своём опыте прекрасно знаю, как же сложно из этого выбраться.

Но вернёмся к Китано. Я посмотрел “Сцены у моря” и мне фильм понравился, я даже не стал стирать его с кассеты. Потом мне мама “Кикуджиро” записала с телевизора, снова посоветовав посмотреть, очень смешной фильм. Затем я уже, запомнив имя режиссёра, сам записал “Фейерверк” и “Ребята возвращаются” и был под большим впечатлением от его мастерства создавать атмосферные кинополотна. Меня буквально затягивало при просмотре внутрь телевизора, я ощущал себя одним из героев фильма, который наблюдает за происходящим со стороны. Я не сидел в 3d-кинотеатре и на мне не был одет шлем виртуальной реальности – передо мной стоял ламповый телевизор Самсунг, купленный в середине 90-х и того же времени кассетный видак. Изображение на экране было посредственного качества с помехами, но я испытал потрясающее чувство погружения в истории этих фильмов.

Фильмы Китано были достаточно лиричны, там был юмор, запоминающаяся музыка Джо Хисаиши (да-да, википедики, с точки зрения оптимизации под язык, правильно Джо Хисаиши, а не Дзё Хисаиси, как у вас в русской Википедии, специально посмотрел сейчас европейские ролики про него), которую можно слушать без фильма. Потом я купил через интернет несколько самописных DVD с его фильмами “Сонатина” и “Точка кипения”, они мне тоже понравились. В начале 00-х скачать фильмы из интернета было практически невозможно в виду слишком малой скорости соединения (максимум 5кб в секунду у меня выдавал dial-up модем) и повременной оплаты. Не знаю, выкладывал ли тогда кто-то вообще фильмы в интернет. Что же касается продавцом на рынках, то они только таращили глаза, когда ты спрашивал у них что-то не из последних блокбастеров.

“Сонатина” была создана из того же теста, что и предыдущие просмотренные мной фильмы Китано. Это первый его фильм, который получил признание за рубежом. “Точка кипения”, конечно, смотрелась весьма угловато и сыро, особенно в плане монтажа, это был один из первых фильмов, снятых Китано, он ещё набивал руку. Но там есть отдельные смешные моменты. Тарантино это кино очень понравилось и он, по его словам, им вдохновлялся, делая свои первые фильмы.

В “Точке кипения” много интересных моментов, один из особо запомнившихся мне происходит в клубе. Там Китано снимает одну и ту же сцену одной камерой с разных ракурсов, не выключая её, т.е. играет её два раза подряд. Вот мужику-то не повезло – бутылкой от Такеши два раза подряд без остановки получать.

Конечно, поразительно насколько плодотворны для Китано были 90-е. Если не считать, показавшегося мне ужасным фильма “Снял кого-нибудь?”, Такеши выпускал одно хорошее кино за другим. И тут даже не важна тематика. Хотя он прославился фильмами про якудзу, но у него есть фильмы и других тематик, те же “Сцены у моря” – история глухонемого сёрфера. Тут важнее другое – умение создавать атмосферу. Порой человек в своей жизни попадает в определённый пласт пространства и времени, когда вокруг возникает какая-то особая магия от соприкосновения с жизнью. Не та приторная инстаграмная ваниль, а нечто совершенно особенное. Уверен, у каждого это было, словно ты в каком-то интересном фильме находишься. Но это мимолетно, потом исчезает и человек погружается в беспросветные серые будни, свыкаясь с таким существованием. А кино – это глоток воздуха, возможность пережить это ощущение снова. Если у тебя обстоятельства не складываются нужным образом, чтобы в жизни возникало что-то увлекательное, некая магия момента, то по крайней мере ты можешь достать с полки диск и поставить фильм с него.

В общем-то, режиссёром Китано стал по стечению обстоятельств, а не специально. Прославившись как комик и ведущий на телевидении, он получил приглашение сыграть в фильме “Жестокий полицейский”, который планировали сделать японским аналогом “Грязного Гарри”. Сложно сказать, почему замещать Клинта Иствуда выбрали Такеши Китано, он до этого никогда не играл крутых парней, отметившись лишь в довольно странном фильме “Счастливого рождества, мистер Лоуренс” с Дэвидом Боуи. Возможно сыграло роль, что несколько лет до этого, в 1986 году, он  с друзьями вломился в редакцию одной из “жёлтых” газет и избил там всех подряд за то, что они опубликовали его фото с одной девушкой, приписав ему с ней роман. Видно, его жена хорошо дома вздрючила, раз он так обозлился. С тех пор журналистам советуют вести себя с ним осторожно и не задавать некорректных вопросов в интервью.

Так или иначе, но, согласно воспоминанием Такеши, режиссёр в итоге выбыл из проекта (Такеши утверждает, что не смог договориться с ним о сроках съёмок) и продюсеры предложили снять фильм ему самому. Китано не спасовал и согласился. В этом фильме уже прослеживаются определенные моменты, которые станут после его фирменным подчерком в режиссуре и сыгранных ролях. Например, статичные кадры и обилие безмолвных сцен. Его герой – жестокий и бескомпромиссный коп, а насилие в фильме показывается настолько гипертрофировано, что становится порой просто нелепым и смешным. Чтобы добиться такого эффекта нужно обладать хорошим чувством юмора, чувствовать тонкую грань, когда происходящее превращается в фарс, а не выглядит скучным или омерзительным.

После этого фильма Китано остался верен роли крутого парня, но стал предпочитать играть якудза и тех, кто перешёл на тёмную сторону, как его герой в “Фейерверке”, который оставил службу в полиции и в итоге решил ограбить банк, чтобы помочь своему другу и умирающей жене.

Такой выбор ролей не случаен. По словам Такеши, он рос в типичном рабочем районе и все его соседи были либо якудза, либо ремесленники. Возможно, даже его отец был якудзой, хотя работал маляром. Именно так он объясняет своё увлечение этой темой.

“Для нас, японцев, быть счастливым — это в любом возрасте заниматься той работой, которая тебе нравится”.

Но мне кажется, образ крутого парня у Китано в своих фильмах, это ещё его компенсация самому себе за то, что в детстве он был маменькиным сынком. В своей автобиографической книге “Кикудзиро и Саки”, изданной им в 1999 году, он рассказал подробно об этом периоде своей жизни. В интернете можно найти её в русском переводе. Там есть, над чем посмеяться. Запомнилось, как у мать Такеши, когда он стал хорошо зарабатывать, постоянно требовала у него деньги, а после её смерти, выяснилось, что она все полученные средства клала на банковский счёт, чтобы сыну было на что жить на старости. Она считала, что то, чем он занимается – несерьёзно, популярность сына пройдёт, он всё промотает и станет нищим.

Это мне напомнило, как мать Сталина, когда он стал уже главой СССР, говорила ему, что лучше бы он священником стал, а тот только отшучивался. Или стихотворение Есенина, в котором он рассказывал что пишет ему мать: “Мне страх не нравится, что ты поэт, что ты сдружился с славою плохою. Гораздо лучше б с малых лет ходил ты в поле за сохою. У нас нет лошади. Но если б был ты в доме, то было б все, и при твоем уме — пост председателя в волисполкоме”. “Я погружаюсь в жуть”, – так он прокомментировал такие нотации.

Период начала режиссёрский деятельности у Китано начался примерно в 40 лет, когда у мужчин случается кризис среднего возраста. Очевидно, он решил таким образом круто изменить свою жизнь, перестав быть просто популярным телевизионным клоуном. Надо сказать, ему это удалось.

Но в 90-е началась в японском обществе началась борьба с якудзой, её стали загонять в тень, поэтому фильмы Китано пришлись в этот момент ни к месту. Фактически якудза после Второй мировой войны негласно поддерживалась марионеточным правительством Японии, а точнее стоящим за ним американцами, чтобы они помогали бороться с коммунистическими настроениями в обществе. Такеши Китано рассказывал, как бросил учёбу на инженерный факультете университета Мэйдзи (собирался идти работать на завод Мицубиси) и вместо неё тусовался на студенческих митингах социалистов, надеясь подцепить там девчонок. Но потом активность японских коммунистов в Японии пошли на спад, а в начале 90-х СССР, а вместе с ним и социалистического лагеря и вовсе не стало, поэтому и якудза стала ни к чему в Японии. Сейчас в Японии дают тюремные сроки даже просто за принадлежность к этой организации.

Китано и Куросава фактически, наверное, два самых известных в России режиссера, по своему духу не типичные японцы. В то время, как в Европе и России их работы имели успех, на родине их не всегда понимали. Куросаву это довело даже до попытки самоубийства. Их герои часто мужественны и прямолинейны, что для современных японцев совершенно не характерно. Тем более Китано не только в кино, но и в жизни предпочитает себя не сдерживать. Так например, по его словам, однажды, увидев в студии дебаты двух политических врунов, зашёл и снял штаны перед камерой, но это была не прямая трансляция и потом этот момент вырезали. Зная его характер, он вполне мог это сделать. Также он высмеивал экологический бум в Японии, за что подвергся у себя на родине критике. Его называли худшим из стариков и раковой опухолью японского кино, на что он после финансового успеха “Затойчи” заявил: “Раковая опухоль разрастается”.

Лицо Китано с возрастом стало напоминать мне Луну: округлилось, а морщины и черты лица напоминают кратеры. В 1994-м он разбился на мотоцикле, с тех пор у него половина лица парализована, как у Сталлоне. Но сниматься в фильмах это им не мешает.

Когда у Китано спросили: «По-прежнему ли ваши фильмы ценят меньше в Японии, чем в Европе и Америке?» он ответил: «Ага, этого не изменить. Отчасти виновата пресса. Критиков у нас в Японии очень мало. Чаще встречаются репортёры на зарплатах у всяких больших студий. А я занимаюсь независимым кинопроизводством, так что обо мне пишут как-то мало и недостаточно серьёзно. Да, проблема в этом: меня не принимают всерьёз! Например, мой фильм выбирают для участия в фестивале в Канне или в Венеции, но никого это не впечатляет: пресса пишет, что достаточно послать диск отборщикам, и тебя автоматически выберут. Японцы просто не способны поверить в то, что у меня есть какие-то поклонники за пределами Японии, причём поклонники фильмов, а не телепередач. У них это не укладывается в голове. К тому же они не терпят, чтобы один человек был равно успешен сразу в нескольких областях!»

В другом интервью он скажет: “”Моя карьера режиссёра – это просто умение переживать одно поражение за другим”.

Японское общество не любит независимых личностей, азиатов вообще приучают мыслить коллективно, делая из них биороботов. Если посмотреть на современных японцев – они внутри рыхлые, дряблые, женственные, в них ничего не осталось от духа самураев, той самой энергии ян. Они даже боятся говорить, что думают, чтобы не попасть в неловкое положение. В общем-то, это не удивительно, когда их страна была превращена в американскую базу после Второй Мировой войны – тут уж лучше держать язык за зубами, чтобы не прогневать хозяина.

Когда в Японии подымают писк относительно Курильских островов, то, конечно, такие претензии довольно смешны после итогов войны. Но это просто дежурная часть предвыборных компаний японских политиков, обещать вернуть Курилы, и на самом деле никакие острова им не нужны. Вопреки мифу о перенаселении Японии, неосвоенной земли там хватает. Большая плотность населения у японцев в крупных городах, где многие живут в крошечных коморках с картонными стенами. Но т.к. Россия точно такая же колония США, а точнее сидящих там еврейских банкиров, у которых в руках ФРС, будет не удивительно, если эти острова в итоге отдадут. Если они кому и нужны, то американцам под очередную базу.

В 90-е Такеши был брюнетом, в 00-е стал блондином, а в 10-е – шатеном. Сейчас причёска у него напоминает ту, что носил Иосиф Кобзон (может, это тоже накладка).

Период своего творчество в 90-х Китано завершил фильмом “Брат Якудзы”, снятым в США. Сценарий довольно неплохой, есть моменты с его фирменным юмором, но фильм получился каким-то не по-настоящему китановским. Вроде та же история про якудзу, юмор, а былой атмосферы нет. Позже Такеши скажет что “Голливуд съел все идеи” и продолжит снимать фильмы только у себя на родине.

Нулевые стали периодом экспериментов в его творчестве. Он снял псевдоисторический боевик “Затойчи” (любители стандартного набора с самураями гейшами и сакурой не поняли даже, что это пародия. Это напомнило мне западных туристов, вертящих головой на улицам Москвы: “Где тут медведи и балалайки?!”), довольно выхолощенную драму “Куклы” (мне показалось там формы больше, чем содержания, Китано и сам признал в интервью, что слишком увлёкся визуальным рядом), экспериментальные фильмы “Такешиз” (даже его актёры не поняли, что он снимал), “Бонзай, режиссёр!” («Восемь с половиной» Феллини по-японски) и довольно трагичный фильм про неудавшегося художника “Ахиллес и черепаха”.

Скажу честно, по сравнению с его фильмами 90-х ни один мне по-настоящему “не зашёл”, как говорится. Проблема в отсутствии атмосферы, которая раньше у него была. Ты смотришь просто фильм. Какие-то моменты неплохие есть, но не более. Например, в “Затойчи” понравилось, что в конце выяснилось что слепой мастер на самом деле не слепой, только притворялся слепым. При таких обстоятельствах история выглядит гораздо реалистичнее, чем в оригинальном сериале, где реально слепой со всеми разбирается, махая мечом (басенки для школьников). Понравилось ещё, как сумасшедший жирдяй бегал вокруг дома и орал, а Затойчи это надоело и он ему поленом по башке кинул, чтобы тот заткнулся.

Тут, наверное, проблема завышенных ожиданий от режиссёра на фоне предыдущих работ. Ты ждёшь нечто офигенное, а получаешь просто хорошее. Если бы я сейчас стал эти фильмы смотреть, когда современные кино стало для меня совершенно унылым (из выпущенных за последние 10 лет фильмов я не помню, чтобы хоть один мне понравился по-настоящему), то, скорее всего, личная оценка увиденного была бы гораздо выше.

В 10-е Китано опять вернулся к теме якудза, но мир изменился и японские бандиты уже другие, став обычными дельцами. Первая часть “Беспредела” вышла неплохой. Есть моменты с юмором, но не хватает атмосферы. Если посмотреть лучшие фильмы Китано, то они стоят на трёх китах: насилие, юмор и некая лирическая часть. Всё это создаёт ту самую атмосферу. Но важно соблюсти пропорции. Здесь получился неплохой, хотя и несколько сумбурный боевик с элементами юмора. Но происходящее на экране выглядит слишком будничным, не возникает ощущение магии момента. Китано слишком качнуло в брутальность. Если бы не смешные моменты, спасающие фильм, вышел бы средненький заурядный боевик. Например забавна линия с негром-консулом. Как в его посольстве казино сделали, а потом вывезли на свалку закапывать труп и оставили там. Он стал жаловаться, что уже слишком темно и опасно возвращаться домой пешком. А ему: “Раз темно, тебе легче спрятаться”.

В США бились бы в истерике по поводу толерантности (толератность – это новая форма тоталитаризма, которая направлена на подавление в западных странах белого населения кучкой “богоизбранных”), но японское общество мононационально, и там принято, как и в Китае, выставлять иностранцев дурачками, поэтому игры в толерастию там не пройдут.

Расизм возникает не на пустом месте, это не какие-о предрассудки, как сейчас людям пытаются запудрить мозги. Люди делятся на разные группы, в том числе по национальным и религиозным отличиям. Каждая группа, если она не встала на путь самоуничтожения, как европейская цивилизация, стремится к доминированию. Толерантность никакие проблемы не решает, а просто запрещает людям говорить то, что они в действительности думают. Но расизм от этого никуда не исчезает, он становится скрытым и партизанским. О нынешней ситуации в США на эту тему много публикаций от американских журналистов. Таким образом, если раньше проблема была на виду и требовала решения, то благодаря толерантности её как будто нет. Это как пыль собрать в веник в комнате и под коврик спрятать.

Толерантность – это инструмент глобализма, цель которого полностью стереть все национальные и религиозные группы, превратить людей в безликий глобализированный скот и на вершине пирамиды сесть кучке сверхбогатых евреев (Рокфеллеры, Ротшильды, Барухи и пр.), назначивших себя “богоизбранными” со своим царьком, обозначенным как Антихрист в Священном писании. У них видно с головой совсем плохо стало, раз они так настойчиво пытаются выполнить пророчества, написанные тысячи лет назад. Причём если остальным они предлагают играть в толерантность, то сами остаются махровевшими националистами и отказываться от теорий еврейского фашизма, изложенных в той же хабадской Тании, не собираются.

Консул выдуманной африканской страны Гбаны, – реально забавный персонаж. Про него отдельный фильм Китано мог бы снять.

Ещё смешно, как этого негра заставили труп в своей машине с дипломатическим номерами везти.

– С чего я должен помогать избавляться от этого трупа?
– Учитывая твоё соучастие в организации азартных игр, торговле наркотиками и убийствах, ты не останешься на свободе.
– Меня депортируют, мне нельзя будет оставаться в Японии…
– Ты – придурок, тебе светит смертная казнь.
– Смертная казнь?!

Вторая часть трилогии “Полный беспредел” мне понравилось больше  в плане атмосферы, хотя с первого раза сложно понять все хитросплетения японской версии “Крестного отца”. Закончился фильм на самом интересном и я стал с нетерпением ждать концовки. Но вместо неё в 2015 году Китано выпустил «Рюдзо и семеро бойцов», где иронизировал над постаревшими якудзами, которым уже нет места в современном мире, где главный криминальный босс, председатель, превратил своих бандитов в коммивояжёров, впаривающих матрасы и фильтры для воды. В принципе, фильм про стариков-разбойников вышел неплохой и даже местами вполне смешной, но не слишком атмосферный, ждёшь от Китано большего.

Этот режиссёр выпускает свои фильмы обычно раз в 2 года. Сначала я посматривал периодически новости, не выпустит ли он ещё что-то, но потом как-то забыл про него, посчитав что Такеши уже вышел на пенсию. И вот на днях зашёл посмотреть его фильмографию – оказывается “Последний беспредел” вышел ещё в осенью 2017 года! Мне стало интересно, что снял Китано в эпоху, когда разучились делать хорошее кино.

Сам он хорошо описал нынешнее время: «Повсюду компьютерные спецэффекты… К сожалению, люди всё чаще снимают кино ради того, чтобы продемонстрировать, как они при помощи компьютера могут, например, разрезать автомобиль на две равные половинки. Настоящих драм в кинематографе всё меньше. Увы, оригинальные сюжеты встречаются реже, кино стало парком развлечений: сел на американские горки, за щеку леденец — и понёсся. Ну как в каких-нибудь «Мстителях». Подлинную любовь в кинематографе тоже не найдешь – у любви теперь карамельный привкус. Мы переживаем кризис, и пути выхода из него пока остаются загадкой».

Такеши Китано – лучше всяких компьютерных спецэффектов. Компьютерными эффектами я ещё в 00-е наелся досыта, надоели.

Я лично современное кино вообще больше не смотрю, это пустая трата времени. Оно как-то бездушно и нисколько меня не вдохновляет. Нет атмосферы, героев, которые бы мне были интересны, всё ненатуральное, фальшивое, вторичное. Особенно забавляет, как делают убогие ремейки фильмов ставших уже классикой. Как химическую искусственную еду нам продают в супермаркетах, так и преподносят такую же синтетическую культуру, информационный корм. Всё натуральное вдруг стало слишком дорогим, по крайней мере людей пытаются в этом настойчиво убедить.

Ненастоящими стали даже даже отношения между самими людьми, достаточно зайти на тот же Инстаграм – это же такая чушь. Из нас делают биороботов, не хватает ещё только чипа в голове, чтобы команды от хозяев получать. Скоро скажут, что и секс – непозволительная роскошь для обывателя, одень виртуальный шлем и кайфуй, как в “Разрушителе” со Сталлоне. Прямо как в антиутопиях будет – люди живущие в стеклянных домах (современный хай-тек, предсказанный Замятиным в “Мы”), под полным контролем (будущая чипизация), без всяких эмоций, не имеющих произведений настоящей культуры (как в фильме “Эквилибриум”), а только шоу для тупых (типа как на Ютубе) и питающиеся синтетической пищей (ГМО с химическими добавками).

Конечно, оптимисты могут рассуждать, что кризиса в кино нет, просто развитие и другие бла-бла-бла.  Но согласно мировой истории они практически всегда оказываются неправы. Хотя на самом деле это никакой не оптимизм, а эгоцентризм. Оптимизм, это когда стоя перед неизвестностью, ты делаешь негативный или позитивный прогноз. А когда негативные тенденции абсолютно чётко прорисовываются, то это уже не оптимизм, а просто отрицание не нравящейся реальности. Человеку становится внутренне дискомфортно, когда что-то вокруг происходит не так и он отрицает это для себя, чтобы сохранить свой душевный комфорт, иначе придётся с этим знанием жить. От многих знаний – многие и печали, как говорится. Таких людей можно назвать счастливыми в своей слепоте. Типичный пример – бабушки и дедушки, смотрящие Первый канал и молящиеся на президента.

Приведу в качестве аллегории, как человек всё-таки занимавшийся музыкой, простой пример. Научиться технично играть на музыкальном инструменте, не значит научиться играть хорошо. Бывает, музыкант играет нота в ноту, а музыка безжизненна. Тоже касается и гитаристов-шредеров, которые научились “пилить” свои гитары с огромной скоростью. Да, ты можешь извлечь в секунду целый поток поноса из нот, но это о качестве получаемой музыки не говорит. Можно сыграть всего одну нотку, но зато так, что она слушателя прямо за душу возьмёт. Сколько я общался с людьми, те, кто хорошо играет, альбомы таких “запильщиков” вообще не слушают, я уж не говорю про простого слушателя. Если включают такую музыку – только для обучения в игре и не более. Точно также относятся к конвейеру из этих “шредеров” на музыкальных фестивалях. Потому что не цепляет, много техники, а души нет. А многие ведь, кто берут гитару в руки, стремятся в первую очередь к тому, чтобы как можно быстрее научиться играть. Это спорт, а не музыка, музыкальный онанизм – самому приятно, а другим со стороны наблюдать неинтересно.

Тоже самое и происходит и с кино, где режиссёрами становятся бывшие рекламные клипмейкеры, а актёры ходят сниматься на съёмочную площадку, как клерки на работу в офис. Они свою душу не вкладывают в работу или душа у них слишком мелкая, вот и фильмы бездушные выходят, а когда ты их смотришь, ты это чувствуешь. Вернее, правильно сказать, ты ничего не чувствуешь, никаких эмоций от просмотра и послевкусия. Так, что-то синтетическое пожевал, массу какую-то, а компьютерные эффекты – это усилитель вкуса, типа добавок Е. И не надо говорить, вот сейчас же выпустили такой-то хороший фильм, как же ничего не выпускают. Исключения только подтверждают правила.

Если раньше актёры и режиссёры бунтовали против индустрии, у них были какие-то творческие амбиции, то нынешнему послушному поколению вообще всё это не понять. Зачем кусать руку, которая тебя кормит, когда тебе хорошо платят и делают тебя звездой? Что ещё надо? Как говорил Фрэнк Заппа про таких персонажей: “Они готовы сосать любой член, чтобы не потерять работу.” Когда вместо души возникает пустота, заполненная лишь активным потреблением, то наступает духовная слепота. Человек просто перестаёт понимать то, что раньше другим казалось очевидным.

Сейчас на виду только те, кто готов быть послушным. А если кто-то пытается бунтовать против установившихся порядков, его тут же убирают из поля зрения общественности, как Микки Рурка. В Голливуде все студии принадлежат всего 6 компаниям. Попал в чёрный список – ты без работы. Потому что раньше делали ставку на людей-кинозвёзд, которые приносили деньги со сборов воротилам кинобизнеса, под них боссы вынуждены были подстраиваться, с их капризами считаться, а сейчас главным персонажем кино стали технологии, а люди обесценились, да и власть имущим не нужно больше для обывателей делать что-то стоящее, их надо только отуплять. Чтобы, когда придёт время чип им вживлять, совсем ничего не соображали. Поэтому и такие тенденции и героям новых фильмов больше не сопереживаешь как-то.

Фактически люди в современном мире превратились в точно такие же синтетические продукты, как элементы нынешней культуры и искусственная еда. Те, кто постарше ещё сравнивает что было и что стало, у них есть такая возможность в виду жизненного опыта. А у тех, кто помладше глаза вообще зашоренные, они другого просто не видели, кроме того бездушного искусственного мира, который им сейчас навязали. Даже если пытаться им что-то рассказать, они просто этого не поймут – в голове операционку урезали. Об этом я подробно написал в статье: “Зачем обществу мораль”.

После просмотра “Последнего беспредела” осталось ощущение, что Китано не очень хотел снимать этот фильм. В интервью он заявив, что якобы устал от жестокости. Настояли закончить историю продюсеры, впечатлённые коммерческим успехом первых двух частей (11 и 17 млн. долларов). На самом деле, мне кажется, он просто по своему характеру не любит делать то, что от него ждут. Так, например, не смотря на коммерческий успех первого “Затойчи”, вторую часть он так и не стал снимать. А когда человеку что-то не хочется, делает он это через пень-колоду, как говорится. Возможно, он уже всё сказал на тему якудзы, что хотел и больше добавить нечего.

Начинается фильм с того, что герой Китано, Отомо, вышел, можно сказать, на пенсию. Его переправили на корейский остров Чеджу, где он работает со своей бригадой сутенёрами, присматривая за проститутками. Как он сумел выбраться из той ситуации, в которой оказался в конце второй части, когда убил друга-полицейского за предательство, и собирался идти на похороны друга-якудзы, где его бы просто убили, собравшиеся на них бандиты, не сообщается.

В свободное от работы время, Отомо сидит на причале рядом со своим другом, который удит рыбу (типичное стариковское занятие). Видно, что ему кучно, такое ощущение, что скучно и самому Китано. Так бы герой и скучал бы дальше, если бы на остров не заявился развлечься якудза. Конфликт в гостиничном номере из-за избитых девочек послужил толчком к будущей серьёзной войне.

Весьма символичный момент, когда друг Отомо удил рыбу и не мог поймать, а он подстрелил её из пистолета. Этим кадром символически демонстрируется отказ героя от спопокойной пенсии.

Далее половину фильма показывают, как главы мафиозных кланов плетут против друг друга интриги. Всё это было в прошлых частях “Беспредела”, только гораздо интересней. Такое ощущение, что сам Китано, отсняв несколько сцен с собой на пирсе и в офисе, в это время куда-то отошёл, сказав: “Давайте, поснимайте без меня пока”.

В середине фильма Такеши, очевидно, вспомнил, что вообще-то это его кино и его герой вписался более активно в показываемую историю, прилетев мстить наглому якудзе в Токио. На протяжении всего фильма корейский покровитель Отомо пытается отправить его из Токио обратно на остров, но герою Китано там слишком скучно. Почему кореец так заботится о нём, в фильме так и не раскрывается. Во втором “Беспределе” говорилось, что якобы они оба выросли в одном районе.

Играет теневого маклера актёр довольно странно – сидит, как неживая кукла во многих сценах и представлен эдаким добрым дедушкой. Как он смог забраться при таком апатичном характере на одну из криминальных вершин – непонятно. Возможно он смертельно болен, поэтому и так мягок с окружающими.

Глава корейского преступного клана, мистер Чан (вообще-то Чан – китайская фамилия), в фильме выглядит абсолютно неживым.

Надо признать, что для своего 70-летнего возраста Такеши Китано выглядит в фильме не плохо, по крайней мере, не так дряхло, как Сталлоне. Возможно, это некая магия характеров его героев или хорошая работа гримера и оператора, но в фильмах он внешне смотрится как-то лучше, чем в жизни. Я видел его недавние интервью и там у него был неважный вид: лицо, как маска, бычья шея (голова словно из плеч выросла), какой-то весь дряблый, как рыхлая куча. А тут в фильме смотрится вполне бодрячком, хотя особой физической активности в кадре не проявляет.

В целом, Такеши справляется с ролью по ходу повествования, ощущении фальши от его игры не возникает, но делает он всё как-то без особого энтузиазма. Мне это напомнило выступление известного артиста, от которого ждут исполнения дежурного номера. Вот Такеши и цитирует в фильме, к примеру, свою же “Сонатину”, когда точно также расстреливает из автоматической винтовки целый мафиозный клан на его собрании.

Китано с автоматической винтовкой – прямая цитата из “Сонатины”.

В целом, фильм получился не слишком выразительным, вторичным по сравнению к предыдущим частям. Он снят довольно прямолинейно, без особых изюминок.

Единственный момент фильма, который мне напомнил прежнего Китано, когда у его герою привезли разжалованного бывшего председателя клана, чтобы он его убил. В фильме иронично показывается, что это обычный биржевой клерк, который никогда не сидел в тюрьме и не имеет с бандитской жизнью ничего общего, только умеет зарабатывать деньги.

Герой Китано встретил его с ухмылкой: “Для главы клана у тебя слишком мелкие яйца, сегодня мы с тобой устроим небольшой пикничок “. А потом расправился с ним оригинальным образом, закопав на просёлочной дороге, где ездят машины, так что одна голова на поверхности осталась (наверное, “Белое солнце пустыни” до этого посмотрел). Вот это было по-китановски смешно – гипертрофированная жесткость, которая настолько нелепая, что превращается уже в фарс.

Японская версия известной сцены из “Белого солнца пустыни”.

Когда Китано только начинал свой режиссёрский путь, сняв “Сонатину”, один английский журналист задал ему вопрос, чего в его фильме больше: комедии или жестокости. На что Такеши ему ответил, что для него существует «комедия в жестокости».

Музыка в фильме в этот раз мне как-то слабо не запомнилась. С Джо Хисаиши у Китано давным давно пути разошлись, надо признать, что его музыка к последнему совместному с Китано фильму “Куклы” была уже не столь выразительна, как темы из 90-х. Ко всей трилогии “Беспредела” саундтрек создал Кэйити Судзуки. Не берусь сказать, как точно можно перевести его имя 鈴木 慶 (на-англйиском – Suzuki Keiichi), мало информации о нём нашёл, поэтому взял вариант перевода с Кинопоиска. Этот же композитор ранее написал музыку к фильмам “Затойчи” и “Рюдзо и семеро бойцов”.

Возможно, всё дело в монтаже, но в предыдущих частях его музыкальная дорожка больше обращала на себя внимания как-то. В памяти крепко засело, как в первой части едут отполированные чёрные машины якудза с собрания глав кланов и играет заглавная музыкальная тема “Outrage”.

Смерть героев Китано в конце стала также его фирменным почерком. С 1989 года по 2000 год выжить герою Китано удалось только один раз. Этим счастливчиком стал гопник Кикуджиро в одноименном фильме, но я думаю, это произошло потому, что персонаж ассоциировался у Китано с отцом (по словам Такеши образ списан с него, его даже также звали) и Такеши стало жалко убивать папашу на киноэкране. В ином случае его герой либо тихонечко пустил себе пулю в голову, как герои “Фейерверка” и “Сонатины”, либо был бы убит, как в “Жестоком полицейском”, “Точке кипения” и “Брате якудзы”.

(Хотя есть ещё одно кино из 90-х, где Китано вроде не умер – “Снял кого-нибудь?”. Он там появляется в образе учёного, но я данное его творение за фильм не считаю, это какой-то откровенный бред, слишком японский юмор.)

В общем-то, такой конец вполне логичен, режиссёр без прикрас показывает, куда приводит бандитский путь. Не то что голливудские фильмы, где в конце бывший киллер нежит своё тело под солнышком на каком-нибудь тропическом острове. Особенно хорошо Китано удалось показать, как рядовых бандитов убирают просто как пешек с доски, а в ходе комбинаций точно также съедаются ферзи и даже короли. Смотришь, казалось бы целая организация, клан, но стоит немного ветру измениться, хрупкое равновесие теряется и всё рассыпается, как карточный домик. Партия проиграна и ход за ходом приближается к финальному шаху и мату. Это отлично показано в “Брате Якудзы” и первой части “Беспредела”.

Китано закончил трилогию. Мне нравится в его героях, что они не слюнтяи, у них яркая самистость и мужественность, есть стержень в характере. Они погибают, но не ломаются. В современном мире навязывают совсем другие ценности – быть комфортным и послушным размазнёй, которая сидит в социалках и озабочена в жизни только потреблением товаров и услуг, а за душой – ничего, никаких моральных ориентиров и ценностей, по сути признанных современным обществом анахронизмом.

В предыдущих частях “Беспредела” Отомо несколько раз должн был умереть (первой части был зарезан ножом в тюремном дворе, во второй – шёл на верную смерть на собрание якудза), но каждый раз воскресал. В конце третьей части он решил опять процитировать “Сонатину”, пустив себе пулю в голову. Но на этот раз с улыбкой и явным облегчением – продюсеры больше не заставят его продолжения “Беспредела” делать. Для того, чтобы его герою никаких шансов уже не было воскреснуть, его бездыханный труп в крови в конце показали крупным планом (в Сонатине после выстрела в висок герой Китано продолжал дышать).

Но оставшемуся в живых члену своей банды он помог спастись, отправив его назад в Корею. Это отсылка опять же к “Сонатине” и “Брату якудзы”, где в конце происходит тоже самое. Сам герой Китано отправлятся на смерть, которую заранее чувствует, а своему близкому подручному помогает её избежать. Он и в первой части “Беспредела” советовал своему помощнику уехать, когда их клан только начали уничтожать, но тот замешкался и быт убит.

Таким образом Китано в этот раз отправил своего героя на тот свет с почётом. Ему можно было бы подвести символическую черту этим под всем своим творчеством и уйти на покой, но наверняка он ещё что-то снимет.

Окончательный вердикт фильму поставить сложно – смотря с чем сравнивать. По сравнению с тем киноговном, которое выпускают последние лет 10-15 в мире – смотреть можно и выключить или плеваться в экран не хочется. Время зря не потратил. По сравнению с другими, более удачными работами Китано – слабовато. Лучше этот фильм смотреть вместе со всей трилогией, тогда вырисовывается цельная картина, хотя пробелы в повествовании всё равно остаются и порой в японских именах, лицах, разборках начинаешь даже путаться, кто, кого и за что. Пару раз надо минимум посмотреть трилогию, чтобы все нюансы уловить.