Мировая закулиса

Глобальная перезагрузка. Человечество на пути к мировой тирании

04.08.2021

Валентин Катасонов проводит анализ некоторых из фантазий рупора глобалистов Клауса Шваба, организатора международного экономического форума в Давосе, которые он изложил в своей книге “Глобальная перезагрузка”. Вот такие планы у секты глобалистов для этого мира. Где-то только готовят общественное мнение к изменениям, где-то уже начали воплощать.

Человечество приглашается в посткапитализм, где править будет элита, а все остальные будут рабами, помещёнными в цифровой концлагерь

В 2020 году была выпущена книга «COVID-19: Великая перезагрузка», написанная руководителем Всемирного экономического форума (ВЭФ) Клаусом Швабом в соавторстве с французским футурологом Тьерри Маллере. Одной из её основных идей является Inclusive Capitalism, то есть «включающий», «всеобщий» капитализм. Её и предлагают сделать основной идеей «Великой перезагрузки» (The Great Reset).

Разные политики, философы, политологи и экономисты высвечивают разные аспекты этой социальноэкономической модели, которая должна прийти на смену существующему капитализму, который можно описать словом «эксклюзивный». (Exclusive (англ.) в переводе означает «особый», «исключительный».)

Кто‑то, рассуждая об инклюзивном капитализме, прежде всего, обращает внимание на то, что это такой «обновлённый» капитализм, в котором не будет бедных и нищих. Другие акцентируют внимание на том, что в такой модели не будет безработных. И, исходя из этого, главное внимание уделяют рациональному (экономному) использованию ресурсов и охране окружающей среды.

Некоторое время каких‑то резких, революционных заявлений Шваб не делал. Эти заявления последовали, когда началась так называемая «пандемия COVID-19» и когда зазвучали слова «Великая перезагрузка».

Если внимательно проанализировать всё сказанное Швабом по поводу новой модели капитализма, то, в конечном счёте, его предложения сводятся к тому, чтобы отказаться от принципа максимизации прибыли.

Впрочем, его идею можно интерпретировать несколько иначе: бизнесу следует осознать тот факт, что эпоха приращения капитала завершается, средняя прибыль во многих отраслях и на многих рынках стремится к нулю; следует избавиться от иллюзий, которые еще питает значительная часть бизнеса. Почему‑то в этой связи вспоминаются слова Джорджа Сороса, который два десятилетия назад пошутил: «Музыка кончилась, а они всё ещё танцуют» (по поводу неправильного поведения некоторых участников рынка после падения биржевого индекса NASDAQ). Впрочем, ещё более уместно вспомнить Карла Маркса, который полтора века назад сформулировал закон тенденции нормы к снижению и который сказал, что в результате роста технического строения капитала (т.е. вытеснения рабочей силы машинами) норма прибыли в конце концов может упасть до нуля.

Итак, Шваб решил спасти капитализм, сделав его «инклюзивным». Он утверждает следующее: «Цель компании — вовлечь все заинтересованные стороны в совместный и устойчивый процесс создания стоимости». Т.е. каждая фирма, компания становится «инклюзивной». По его мнению, выстраивать инклюзивный капитализм должно не государство, а именно инклюзивные компании. Что касается государства, то оно постепенно должно «поглощатьcя» (bee included) этими самыми инклюзивными компаниями. Проще говоря, предполагается постепенная приватизация государства крупнейшими корпорациями.

Инициативы со стороны мировой элиты, называемые «инклюзивным капитализмом», выглядят парадоксально. Несколько столетий в мире существовал капитализм, где царил принцип Homo homini lupus est («Человек человеку волк»). В течение многих поколений взращивались и матерели волки капитализма, привыкшие пожирать слабых представителей фауны. И вот, неожиданно, волки собираются и торжественно заявляют, что отныне будут питаться травой. Верится с трудом.

Впрочем, некоторые в такую версию верят, называя инициативы сильных мира сего «революцией сверху». Также верят и в возможность существования «инклюзивного капитализма». На самом деле, данный капитализм — дымовая завеса, прикрывающая планы мировой элиты по созданию такой модели, которую следует назвать посткапитализмом. Его ещё можно назвать новым феодализмом или новым рабовладельческим строем. Нынешняя элита готова отказаться от таких устоявшихся «предрассудков» и «привычек», как погоня за прибылью, наращивание капитала, захват монопольных позиций на рынках и т.п. А вот от чего она ни при каких условиях не откажется, так это от власти. «Великая перезагрузка», или «революция сверху», проводится ради того, чтобы элита укрепила свою власть.

Почему‑то вспомнил короткую формулу, которую нередко используют для объяснения и описания процесса уничтожения СССР: «партийно-государственная элита страны решила конвертировать свою власть в капиталы». А ныне на глобальном уровне мы наблюдаем обратную картину: «мировая олигархия решила конвертировать свои капиталы в достижение абсолютного мирового господства».

Совеместный проект Ротшильдов и Папы Римского

В декабре 2020 года был создан Совет по инклюзивному капитализму. Ведущую роль в нём играет исполнительный директор EL Rothschild Эвелин де Ротшильд и папа римский Франциск. Совет включает и руководителей многих крупных корпораций.

Представительница клана Ротшильдов заявила: «Мы отвечаем на вызов папы Франциска по созданию более инклюзивной экономики, которая более справедливо распределяет преимущества капитализма и позволяет людям полностью реализовать свой потенциал». Папа Франциск, со своей стороны, ответил: «Экономическая система, которая является справедливой, заслуживающей доверия и способной решать самые серьёзные проблемы, с которыми сталкивается человечество и наша планета, срочно необходима. Вы приняли вызов, ища способы превратить капитализм в более инклюзивный инструмент для целостного человеческого благополучия».

Как отмечают эксперты, близко к этому «дуэту» находятся президент Фонда Форда Даррен Уокер, президент Фонда Рокфеллера Раджив Шах, а также генеральные директора корпораций Visa, Mastercard, Bank of America и British Petroleum.

К числу «особо приближённых» также относят Марка Карни, специального посланника ООН по климату. О нём несколько слов. Он не столько климатолог, сколько банкир. В 2008–2013 гг. возглавлял Банк Канады. В 2013–2020 гг. — управляющий Банка Англии. Прославился своим заявлением на ежегодной, 2019 г., конференции ФРС США в американском городе Джексон Хоул. Во время встречи с главами центральных банков разных стран и руководителями подразделений ФРС на площадке конференции Марк Карни предложил заменить доллар, как мировую резервную валюту, новой цифровой валютой. Тогда это прозвучало очень смело, почти как вызов. Теперь это заявление Карни уже почти никого не удивляет. Можно предположить, что инклюзивный капитализм будут строить уже с помощью цифровых валют.

Официальным руководящим органом Совета является группа, называемая «хранителями», или «стражами» (что‑то вроде правления). В неё входят 27 важных персон. Стали «хранителями» и ответственные лица из организаций, не относящихся к бизнесу: Анхель Гурриа — генеральный секретарь Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР); Шаран Берроу — генеральный секретарь Международной конфедерации профсоюзов; Фиона Ма — казначей штата Калифорния. Некоторые усматривают в числе «хранителей», равном 27, мистический смысл. Вспоминают масонство, в котором на 27‑й ступени находится «начальник храма», следящий за тем, чтобы все члены ордена неукоснительно исполняли предписания и приказы, исходящие от высших чинов ордена.

Те бизнес-структуры, которые представлены в группе «хранителей», по оценкам, представляют активы под управлением на сумму более 10,5 трлн долларов США, компании с рыночной капитализацией более 2,1 трлн долларов США и 200 млн сотрудников в 163 странах. Некоторые эксперты уже сравнивают по финансовым показателям данный альянс, именуемый Глобальным, с Бильдербергским клубом.

Нет никакого сомнения, что создание так называемого «Глобального альянса» мировым капиталом — ещё одна «дымовая завеса», призванная максимально быстро и эффективно произвести ту «Великую перезагрузку», которая позволит сделать нынешнюю мировую элиту хозяевами всей планеты.

Ватикан открыто объединяется с глобальным бизнесом.

Новые властелины финансов

В настоящее время, как известно, все ведущие центробанки (ФРС США, ЕЦБ, Банк Англии, Банк Японии, Народный банк Китая, Центробанк Швеции и др.) объявили о создании своих цифровых валют. Со временем цифровые валюты отдельных центробанков могут исчезнуть, «растворившись» в единой мировой цифровой валюте.

Далее ожидается размывание существовавшей ранее чёткой грани между центробанками и минфинами. Отчасти это обусловлено именно тем, что место обычных денег займёт цифровая валюта. Хотя на сегодняшний день существует несколько моделей эмиссии и обращения цифровой валюты, наибольший шанс на практическое воплощение имеет следующий вариант. Центральный банк эмитирует цифровую валюту путём открытия у себя счетов для всех физических и юридических лиц и размещения этой валюты на указанных счетах. В этой схеме уже и коммерческие банки оказываются «пятым колесом в телеге» — они лишаются своей привычной роли посредника между ЦБ и массой конечных клиентов — физических и юридических лиц.

В рамках проекта «Великой перезагрузки» обещано введение «безусловного базового дохода» (ББД) для всех без исключения граждан. Такая социальная помощь несколько напоминает «вертолётные деньги», но, в отличие от последних, она оказывается на постоянной основе и в постоянном объёме. В принципе, для распределения ББД можно обходиться без Минфина, используя ЦБ и имеющиеся в нём счета физических лиц. Можно сказать, что подобные схемы означают не только размывание грани между центробанками и минфинами, но и умаление роли последних.

Становится понятным, что некоторые традиционные финансовые институты будут постепенно утрачивать своё влияние в мире денег и финансов, другие, наоборот, — наращивать. Невооружённым глазом видно ослабление позиций известных банков Уолл-стрит, лондонского Сити, ведущих банков континентальной Европы. Внешне такие банки выглядят до сих пор очень внушительно. Но всё познаётся в сравнении. За последние годы резко укрепили свои позиции корпорации, относящиеся к сектору IT, особенно те, которые занимаются цифровыми технологиями.

Самым крупным и влиятельным банком на Уолл-стрит считается JPMorgan Chase & Co. Его рыночная капитализация на начало осени 2020 года составила 292 млрд долл. А вот для сравнения значение этого показателя по ведущим американским корпорациям сектора IT (млрд долл.): Microsoft — 1359; Apple — 1286; Amazon — 1233; Alphabet (за которой стоит Google) — 919; Facebook — 584. Как видим, разрыв между банками Уолл-стрит и компаниями Силиконовой долины колоссальный. Причём характерно, что в ходе так называемой «пандемии» рыночная капитализация корпораций Силиконовой долины росла, а банков Уолл-стрит падала.

Все внимательные эксперты уже прекрасно понимают, что одним из главных драйверов «Великой перезагрузки» является сектор IT, особенно — корпорации Силиконовой долины. И их роль определяется тем, что они участвуют в строительстве мирового цифрового концлагеря. В том числе они участвуют в разработке и внедрении цифровой валюты. Вроде бы работа ведётся на паритетной основе, это как бы «совместный проект» центробанков и IT-гигантов. Но велика вероятность того, что в конечном счёте из этого совместного проекта ЦБ будут изгнаны и останутся лишь IT-гиганты. Однако надо иметь в виду, что и они не являются бенефициарами последней инстанции в этой игре под названием «Великая перезагрузка».

А кто стоит за IT-гигантами Силиконовой долины, кто их хозяин? Вопрос непростой. Финансовая отчётность указанных компаний достаточно размыта, создаётся впечатление, что у них сотни и тысячи акционеров. Но всё‑таки наиболее крупными являются те, которые относятся к группе «большой четвёрки» финансовых холдингов. Это Vanguard Group, State Street Corporation, FMR (Fidelity), BlackRock. Я уже неоднократно писал об этой «великолепной четвёрке». Здесь лишь отмечу, что эти же самые финансовые холдинги отражаются в первых строчках списков акционеров банков Уолл-стрит. А поскольку банки Уолл-стрит являются акционерами Федеральной резервной системы США, то, следовательно, холдинги указанной «четвёрки» можно отнести к акционерам более высокого уровня.

Разворот мира под кодовым названием The Great Reset, конечно же, осуществляется в соответствии с планами «большой четвёрки», а Клаус Шваб и его соратники лишь озвучивают эти планы и, в меру своих сил, их исполняют. Мои наблюдения показывают, что особая роль в проекте The Great Reset принадлежит финансовому холдингу BlackRock. Он был создан совсем недавно — в 1988 году Ларри Финком и изначально являлся дочерней компанией Blackstone — инвестиционного фонда, основанного Стивеном Шварцманом (ранее Lehman Brothers) и бывшим министром торговли США Питером Г. Петерсоном (между прочим, президентом Совета по международным отношениям до самой его смерти в 2007 году).

В марте этого года денежные власти США (ФРС и минфин) в связи с так называемой «пандемией COVID-19» анонсировали программу помощи американской экономике и гражданам страны на несколько триллионов долларов. Многих тогда заворожили астрономические суммы помощи. И лишь немногие эксперты обратили внимание на то, что одновременно был создан новый механизм взаимоотношений межу ФРС США, американским казначейством и экономикой. Для вливаний гигантских объёмов денег в экономику Федеральный резерв и Казначейство договорились, что будут созданы компании специального назначения — Special Purpose Vehicle (SPV). Казначейство выступает учредителем таких компаний и формирует их уставной капитал. Под каждый доллар капитала SPV Федеральный резерв может выдавать до 10 долларов кредитов. А компании SPV размещают деньги в экономике сообразно их представлениям о приоритетах, рисках, доходности и т.п. Но самое удивительное, что было принято решение о том, что управление компаниями SPV (на данный момент их число равно 11) возьмёт на себя финансовый холдинг BlackRock.

Таким образом, возник триумвират «ФРС — Казначейство — BlackRock», в котором на последнего из названных участников возложена величайшая ответственность «правильного» распределения эмитируемых Федеральным резервом триллионов. Бесспорно, что и раньше финансовый холдинг оказывал влияние на денежно-кредитную и финансовую политику США, но делал это незаметно. Видимо, сегодня можно уже действовать более открыто. Вот BlackRock и встал на «тяжёлую работу» по раздаче астрономических сумм, сняв с Федерального резерва и Казначейства бремя ответственности. Кто‑то из экспертов уже считает, что в 2020 году радикально поменялась финансово-денежная архитектура США: во главе финансового мира Америки встал холдинг BlackRock, а ФРС стал его придатком, выполняющим техническую функцию по печатанию денег.

Локдаун навсегда

Конечно, главным фактором происходивших в мировой экономике событий и процессов был COVID-19. В первой половине 2000 года все гадали-рядили о том, откуда взялся этот страшный вирус и как долго он будет мучить человечество. Вернее, даже не сам вирус, а те меры властей, которые получили название lockdown («блокировка, строгая изоляция»). Они выразились в том, что людей принудили к «самоизоляции», «дистанцированию», «масочному режиму» и т.п. А бизнес был принуждён к закрытиям, ограничениям, дистанционной работе сотрудников и т.п. Но вот вышла упомянутая книга Шваба, и многое стало ясно. В книге были раскрыты многие секреты глобальных верхов.

Во-первых, мировая элита уже давно готовила «революцию сверху», но для неё не всё было ещё готово. В 2020 году она началась. Видимым её проявлением стал массовый, глобальный lockdown.

Во-вторых, так называемая «пандемия COVID-19» — «дымовая завеса», которая дала основания для lockdown и лишила людей нормальной жизни. Профессор задаёт риторический вопрос: «Когда же будет возврат к «нормальной» жизни?» И сам же даёт циничный, но честный ответ: «Никогда». «Пандемия» и lockdown — навсегда.

В-третьих, он немного раскрывает картину того «дивного нового мира» (Олдоса Хаксли), который должен возникнуть в результате «Великой перезагрузки».

Раскрою подробнее последний тезис. Шваб даёт читателю понять:о всей той чуши, которая называется «экономическим либерализмом» и которая насаждалась десятилетиями, следует раз и навсегда забыть. Человечество приглашается в посткапитализм, где править будет элита (1% населения планеты — вместе с прислугой), а все остальные (99%) будут рабами, помещёнными в цифровой концлагерь.

Конечно, «политкорректный» профессор Шваб таких слов, как «рабы», «концлагерь» не употребляет. Но если вдумываться в смысл его предложений по «Великой перезагрузке», то так оно и есть. Например, предложения по жёсткому цифровому контролю над гражданами «дивного нового мира» означают, что они будут находиться под электронным колпаком, в цифровом концлагере.

Клаус Шваб произносит красивые слова о «равенстве» в будущем мире. Да, так оно и будет. Речь идёт о равенстве рабов, т.е. 99% человечества. Шваб говорит о таких «предрассудках» и «рудиментах» старого капитализма, как прибыль, право собственности, акционерная форма предприятий и т.п. Всё это должно быть в добровольно-принудительном порядке ликвидировано. На место капитализма собственников придёт «экономика пользователей». На место краткосрочной спекулятивной прибыли должно прийти устойчивое и долговременное приращение стоимости, которая будет якобы создаваться для всего человечества. Но по факту ею распоряжаться будет лишь элита — тот самый «золотой процент».

С акционерной формой компаний будет покончено. Ведь у такой компании только одна цель — максимизация прибыли любой ценой в интересах акционеров. А последних ничего, кроме прибыли и дивидендов, не интересует. Капитализм акционеров должен быть трансформирован в капитализм стейкхолдеров (stakeholders) — т.е. «капитализм всех заинтересованных сторон». А кто эти стейкхолдеры? Только крупнейшие корпорации. Большинство из них сегодня мы называем «транснациональными корпорациями» (ТНК). Но завтра такое название может оказаться некорректным, даже абсурдным. Почему? Потому, что не будет национальных государств. Согласно Швабу, национальные государства — анахронизм, пережиток старого капитализма. Надо стремиться к размыванию национальных границ, национальных государств. И в «дивном новом мире» корпорации будут не «транснациональными», а «глобальными». Глобальные корпорации должны постепенно брать на себя все функции государства, по сути, планируется его приватизация. Правда, в вопросе о будущем государства Шваб рассуждает очень взвешенно. В переходный период оно элите может очень даже понадобиться. Ведь наверняка не все захотят добровольно войти в «дивный новый мир» (т.е. цифровой концлагерь). Вот и потребуется сила, в том числе полиция и даже армия, для того чтобы загонять «диссидентов» в «светлое будущее». А уж потом, когда все окажутся в цифровом концлагере, можно будет окончательно упразднить прежние государства. Высшим управляющим институтом станет Мировое правительство, которое будет опираться на глобальные корпорации.

Итак, Шваб говорит о крупных корпорациях как несущей конструкции нового капитализма. Но где же малый и средний бизнес? А ему в этой конструкции места нет. Малые и средние компании уже зачищаются в ходе нынешнего lockdown. А куда же деть миллионы и миллионы тех, кто был занят в этом секторе экономики? Часть из них, как считает Клаус Шваб, должны взять на работу крупные «социально ответственные» корпорации.

Но большую часть освободившихся работников занять не удастся. Тем более что Клаус Шваб очень ратует за более широкое использование роботов и всяких автоматов, замещающих живой труд, причём не только физический, но и умственный. С этими роботами и автоматами профессор носится уже давно. Возьмите, например, его предыдущую книгу «Четвёртая промышленная революция» (2016 год), где он описывает ожидаемые изменения в экономике, порождаемые революцией в сфере цифровых технологий, нано- и биотехнологий. Кстати, уже в той книге Шваб говорил об острой необходимости приведения капитализма в соответствие с новой технологической базой.

Для того чтобы предложения Шваба по построению дивного нового мира не вызывали у народа страха и протеста, он успокаивает людей обещаниями введения социальных амортизаторов, которые помогут перенести возникающие перегрузки. Люди не должны бояться потери работы и доходов, потому что предлагаемая Швабом модель носит название «социально ответственного капитализма». Одним из проявлений такой «ответственности» является обещание ввести так называемый «Безусловный базовый доход» (ББД). Идея такого гарантированного, постоянного, распространяющегося на всех граждан государства и обеспечивающего прожиточный минимум дохода уже витает в головах некоторых политиков, общественных деятелей и экономистов несколько десятилетий. Были эксперименты по введению ББД в отдельных городах и регионах некоторых стран, преимущественно европейских.

Ближе всех к введению ББД была Швейцария, которая в 2016 году даже провела референдум по данному вопросу. Проект ББД, выносимый на всенародное голосование, предусматривал выплату каждому взрослому гражданину 2500 швейцарских франков (примерно 2250 евро). Но, неожиданно для многих, большинство граждан альпийской республики отвергли идею ББД. Вернее, они голосовали не против этого дохода, а против того, чтобы были увеличены налоги. Ведь для того, чтобы практически реализовать проект ББД, Швейцарской конфедерации надо было увеличить доходную часть бюджета, для чего требовалось примерно в два раза повысить налоги.

Во время нынешней «пандемии COVID-19» идея ББД опять вышла на первый план. Но ни одна страна такой гарантированной финансовой помощи гражданам ввести не решилась. В лучшем случае всё ограничилось раздачей так называемых «вертолётных денег». Как, например, в США, где в апреле 2020 года взрослым американцам независимо от их социального статуса было выдано по 1200 долларов. Но это не ББД, как ошибочно сообщили некоторые журналисты, а разовая раздача денег. Предложение Клауса Шваба по поводу ББД некоторые назвали мягко «заблуждением» или «утопией»; другие квалифицировали это более жестко: «обман» и «демагогия».

В проекте Шваба есть и иные «социальные амортизаторы». Например, он осторожно, но «научно аргументированно» (т.е. в духе привычного мальтузианства и неомальтузианства) говорит о переизбытке населения на планете. Мол, надо ввести контроль над демографическими процессами и добиваться планомерного сокращения численности населения. Очень профессор переживает за природные ресурсы и окружающую среду планеты Земля. Предложений по их сбережению и охране более чем достаточно. Например, людям следует ограничить свои потребности и потребление. Нет, он не призывает богатых отказаться от супер-джетов или сверхдорогих яхт. Он свои советы адресует, прежде всего, остальным 99% населения. Например, рекомендует отказаться от употребления… мяса. Оказывается, навоз как неизбежный спутник скотоводства продуцирует выбросы парниковых газов. А они, в свою очередь, разогревают атмосферу и вносят вклад в климатические изменения на планете.

Читая Клауса Шваба, я почему‑то ловил себя на мысли: обещаемое профессором «светлое будущее» уже было в прошлом. Например, восточные деспотии древнего мира, где царил так называемый «азиатский способ производства» (термин Карла Маркса). Это был рабовладельческий строй, но рабы не принадлежали отдельным хозяевам; коллективным рабовладельцем было всё государство, вернее узкая группа элиты, сплотившаяся вокруг деспота. Что‑то прямо созвучно с идеями «Манифеста коммунистической партии» Карла Маркса и Фридриха Энгельса (1848 г.). Или с экономической моделью «военного коммунизма», которая существовала в нашей стране в первые годы после революции (1918–1921 гг.).

Если внимательно вчитываться в книгу Шваба, то можно понять, что строй, предлагаемый им, является третьим из названных вариантов. «Инклюзивный капитализм» — это корпоративный капитализм. Были ли в истории примеры такой модели? Были. Прежде всего, это экономика Третьего рейха. С приходом к власти в 1933 году Гитлера экономика Германии была поставлена на рельсы мобилизации и милитаризации. Процесс консолидации активов под руководством нескольких назначенных NSDAP (Национал-социалистической немецкой рабочей партией) экономических «фюреров» поощрялся Гитлером, а также руководителями экономики (Ялмар Шахт, Герман Геринг, Вальтер Функ).

Гигантские объединения имели признаки трестов, синдикатов, картелей и концернов. В рамках германских супермонополий существовало очень жёсткое планирование, цены были фиксированными, заработная плата замораживалась, финансовые результаты деятельности имели подчинённое значение.

Когда началась Вторая мировая война, немецкие корпоративные гиганты вышли за пределы Германии и стали грабить другие страны Европы. Вот таким был корпоративный капитализм Третьего рейха. Да, его можно назвать «инклюзивным капитализмом» — в том смысле, что корпоративные гиганты захватывали, поглощали, загребали всё, что относилось к их сфере влияния. Кстати, что такое корпоративный (или инклюзивный) капитализм Третьего рейха, Клаус Шваб должен знать не понаслышке. Ведь его отец, Евгений Шваб, в годы Третьего рейха, был коммерческим директором фабрики по выпуску гидротурбин в г. Равенсбурге на юге Германии.

Корпорации Третьего рейха не ставили перед собой цель получения прибыли. Но они не служили и немецкому народу. Для них высшей целью были интересы Германии: Deutschland über alles. А если копать глубже, то за вывеской «Германия превыше всего» стояли интересы верхушки Третьего рейха. Интересы были действительно не экономические. Верхушка жаждала мировой власти. Вот и за риторикой Клауса Шваба о корпорациях-стейкхолдерах скрываются интересы мировой элиты. Ей действительно прибыль не нужна. Они хотят стать хозяевами мира. «Дивный новый мир» — рабовладельческий строй, а в таком строе не только прибыль, но и деньги становятся анахронизмом.

Мировая элита сумела надеть на миллиарды людей в мире маски. Она поняла, что можно смело продолжать наступление. Сопротивления почти нет. И поэтому собственную маску секретности она решила отбросить. Мы имеем дело с открытым заговором против человечества.

Один из пиарщиков культа глобального потепления – Альберт Гор, которого на Западе называют просто scam artist (мошенник).

«Углеродное обнуление» и «углеродное удушение»

Я уже рассмотрел такие направления «Великой перезагрузки», как экономика, финансы, бизнес. Сейчас хочу сосредоточиться на планах «перезагрузки» в сфере экологии. Целью «Великой перезагрузки» должно стать создание так называемой «зелёной экономики». В рамках экологической «перезагрузки» наиболее приоритетным направлением объявлено предотвращение глобальной климатической катастрофы путём «декарбонизации» экономики.

Об угрозе климатической катастрофы на планете СМИ и учёные говорят уже несколько десятилетий. Человечеству грозит резкое потепление климата со всеми отсюда вытекающими неприятностями. Главная из них — таяние льдов в районе земных полюсов, повышение уровня мирового океана, затопление обширных территорий, на которых проживает значительная часть населения планеты и на которых сосредоточена значительная часть мировой экономической деятельности. Повышение температуры на планете — результат так называемого «парникового эффекта», создаваемого за счёт повышения в атмосфере концентрации «парниковых» газов. Главный «парниковый» газ — всем хорошо известный углекислый газ, двуокись углерода, СО2 .

Гигантские объёмы двуокиси углерода образуются в результате сжигания таких видов топлива (энергоносителей), как уголь, нефть, нефтепродукты, природный газ. Вся мировая экономика и повседневная жизнь большей части населения планеты зиждется на использовании именно этих источников энергии. В мировом энергетическом балансе в 2018 году, согласно данным Международного энергетического агентства, на уголь пришлись 27,1% всего предложения первичных видов энергоносителей. А вот доли других первичных энергоносителей (%): сырая нефть — 32,0; природный газ — 22,9; атомная энергия — 4,9; гидроэнергия — 2,5; биотопливо и иные первичные энергоносители — 10,6.

Как видим, на уголь, сырую нефть и природный газ пришлись 82% всего предложения первичных энергоресурсов в 2018 году. Эти три самых популярных вида первичных энергоресурсов, по мнению многих сторонников перестройки мировой энергетики, характеризуются двумя важнейшими недостатками: 1) исчерпаемость; существует опасность, что их запасы в недрах Земли начнут убывать, а это станет тормозом экономического развития; 2) генерация больших объёмов парниковых газов, преимущественно двуокиси углерода (также метана и некоторых других).

Попытки перестроить мировую энергетику в пользу источников, альтернативных традиционным углеродным энергоносителям, стали предприниматься ещё более полувека назад. Этому в немалой степени способствовала деятельность созданного в 1968 году Римского клуба. В своих ежегодных докладах данная организация предупреждала о том, что человечество в будущем может столкнуться с серьёзнейшим глобальным кризисом. С одной стороны, из‑за истощения запасов нефти, угля, природного газа. С другой стороны, в результате загрязнения биосферы выбросами традиционной энергетики (экологический кризис) и «парникового эффекта» (климатический кризис). Поначалу ставка была сделана на ускоренное развитие атомной энергетики. Однако серия крупных аварий на АЭС (в том числе, на станции «Три Майл Айленд» в США в 1979 г., также на Чернобыльской станции в 1986 г.) привела к блокировке этого направления развития энергетики.

С конца 1980‑х гг. ставка была сделана на развитие солнечной, ветровой, геотермальной энергетики, также на более широкое использование биотоплива. Эти направления получили название «альтернативной», или «зелёной» энергетики. В 1997 году сторонникам энергетической революции в мире удалось организовать подписание ведущими странами так называемого Киотского протокола, предусматривающего снижение выбросов парниковых газов. Однако особых достижений в замещении углеродной энергетики «зелёной» после этого не произошло.

Усилия тех, кто ратовал за революцию в мировой энергетике, были удвоены. Их большим успехом стало проведение в 2015 году Всемирной конференции по климату в Париже. Говорят, что это было одно из наиболее помпезных в истории человечества международных мероприятий (общее число участников — более 38 тысяч). Родилась международная (Парижская) конвенция, которая обязывала страны начать сокращение выбросов углекислого газа — путём сворачивания традиционной углеродной энергетики и её постепенного замещения «альтернативной», «зелёной». Были расписаны квоты на выбросы парниковых газов для стран, графики снижения этих выбросов, установлена плата за превышение квот, предусмотрено создание мирового углеродного фонда (куда будут поступать платежи за углеродные выбросы) и т.п.

Сразу отмечу, что все эти мероприятия по спасению человечества от мировой климатической и экологической катастрофы были и остаются большой игрой мировой элиты. Целью этой игры является проведение деиндустриализации в мире, о необходимости которой ещё в 70‑м году стал говорить Римский клуб. Кроме того, через втягивание всех стран в международные соглашения (конвенции) по климату и охране окружающей среды над этими странами можно установить эффективный наднациональный контроль. Климатические и экологические игры последних десятилетий — дымовая завеса планов мировой элиты по установлению своей полной и окончательной власти над человечеством. Поскольку мировой элите принадлежат все ведущие СМИ, то из года в год, из десятилетия в десятилетие людей стращают климатической катастрофой. На протяжении всего этого времени учёные разных стран пытались опровергать этот фейк.

Чтобы не быть голословным, приведу конкретные факты и примеры. Фредерик Зейтц (Seitz), бывший президент Академии наук США, многие годы боролся с указанной лжетеорией. Против указанного обмана подписали коллективную петицию 17 тысяч американских учёных. Об этой афёре и противодействии ей со стороны международного научного сообщества можно прочитать в материале «Глобальное потепление и озоновые дыры — наукообразные мифы». Это интервью, данное членом-корреспондентом РАН Андреем Капицей, сыном того профессора Петра Капицы, который был членом Римского клуба. Он согласен с Зейтцем и десятками тысяч учёных по всему миру, что Киотский протокол 1997 года — афера в интересах мировой олигархии. Капица справедливо отмечает, что не климатическая катастрофа, а именно этот протокол и «стоящие за ним тенденции — подлинная угроза человечеству и тяжёлый удар по его будущему».

Предыдущий президент США Дональд Трамп, придя в Белый дом, сразу же объявил о том, что Вашингтон Парижскую конвенцию по климату ратифицировать не будет и из неё выходит. Конечно, ему хорошо известны были все нюансы климатического фейка. Но он не стал касаться этой деликатной стороны вопроса, а выход из конвенции аргументировал тем, что выполнение её условий для США «слишком обременительно». В общем, лжи и фальсификаций вокруг темы «климатической катастрофы» примерно столько же, сколько вокруг сегодняшней истории под названием «пандемия COVID-19».

Думаю, что и Клаус Шваб прекрасно знает всю подноготную фейка под названием «парниковый эффект» («климатическая катастрофа»). Тем не менее этот фейк так же хорош, как и фейк «пандемия COVID-19» — для того, чтобы проводить «революцию сверху», выстраивать «дивный новый мир». Чтобы у людей не возникало никаких сомнений в плане «Великой перезагрузки», его обставляют такими словами-эвфемизмами, как «зелёная экономика», «зелёная энергетика», «устойчивое развитие», «экологическое равновесие», «декарбонизация», «углеродное обнуление» и др.

Надо отдать должное усилиям Шваба и Ко: им удалось добиться от многих крупных и крупнейших корпораций формальных проявлений лояльности планам экологической и углеродной перезагрузки. Осенью 2019 года в Нью-Йорке был проведён климатический саммит с участием 66 стран, 10 регионов, 102 городов, 93 фирм. Они дали торжественное обязательство достичь к 2050 году «углеродной нейтральности». Т.е. сократить до нуля выбросы СО2 или компенсировать оставшиеся выбросы мерами, которые будут способствовать поглощению углекислого газа (лесопосадки и др.).

Стало известно, что более 90% компаний, входящих в список S&P 500, в дополнение к обязательной финансовой отчётности уже готовят нефинансовые отчёты. В последних они рекламируют свои — «социальную ответственность», «экологическую озабоченность», приверженность «устойчивому развитию», успехи в области «декарбонизации». В таких отчётах мелькает пока ещё не для всех привычная аббревиатура ESG, выражающая новые корпоративные приоритеты (экология, социальная ответственность, корпоративное управление).

На сайте ВЭФ эта аббревиатура мелькает уже несколько лет. Вот один из примеров. По итогам 2019 года крупнейший американский инвестиционный банк JPMorgan Chase & Co. подготовил очень амбициозный доклад по вопросам ESG (Environmental Social & Governance Report). Председатель совета директоров банка Джеймс Димон во введении провозглашал, что высшими приоритетами организации является борьба за спасение климата на планете и перевод собственной деятельности и деятельности клиентов на рельсы «инклюзивного развития». Как видим, лексика матёрого банкира очень корреспондирует с тем, что говорил и говорит Клаус Шваб (вспомним, например, его «инклюзивный капитализм»).

Но если, например, в области выполнения стандартов гендерной или этнической структуры менеджмента у корпораций явные успехи, то в области «декарбонизации» достижения более скромные. Согласно январскому опросу Fortune и Deloitte, у 40% крупнейших мировых корпораций пока нет программы достижения «углеродной нейтральности» к 2050 г. Но, по мнению Шваба и Ко, «лёд тронулся». Как свидетельствуют данные Data-Driven EnviroLab и NewClimate Institute на конец 2020 г., общее число компаний в мире, которые взяли на себя обязательства по обнулению выбросов парниковых газов, утроилось с 2019 года и превысило 1500.

Корпорация Tesla уже сегодня позиционирует себя как бизнес с «нулевым углеродным следом», потому что специализируется на выпуске исключительно электромобилей. Чувствуется, что детище Илона Маска действует в тандеме с IT-корпорациями Силиконовой долины, которые всячески пропагандируют «зелёную энергетику», в том числе электромобили, и демонизируют углеродную энергетику и бензиновые автомобили. В результате Tesla стала на фондовом рынке США рекордсменом, увеличив за 12 месяцев свою капитализацию более чем в 9 раз. Хотя объёмы производства электромобилей Tesla до сих пор сравнительно скромные, фирма по капитализации обогнала всех мировых гигантов автопрома. Последним деваться некуда. General Motors намерена прекратить выпуск машин с бензиновыми двигателями к 2035 г. Toyota, Nissan, VW, Ford обещают стать компаниями с нулевым «углеродным следом» к 2050 г.

Под знамёна «углеродного обнуления» вынуждены вставать компании других отраслей промышленности. Так, международные корпорации Rio Tinto и Alcoa объявили о переходе на чистое производство алюминия.

Вынуждены подстраиваться под новые тенденции и те, кого сегодня больше всех клеймят экологи и люди из команды Клауса Шваба, т. е. компании по добыче ископаемого топлива. Как известно, пандемия COVID-19 спровоцировала серьёзную экономическую рецессию в мире. Соответственно упал спрос на нефть, природный газ, уголь. Упали объёмы добычи соответствующих видов полезных ископаемых. И некоторые из данных компаний, пользуясь сложившейся ситуацией, заявили, что они «добровольно» начали сокращать добычу. Как говорится, «хорошая мина при плохой игре». Среди тех, кто сделал «хорошую мину», — British Petroleum, Total, ExxonMobil. Последняя даже заявила, что увеличивает инвестиции в «зелёную энергетику».

Для того чтобы активизировать «углеродную перезагрузку», мировая элита особую ставку делает на крупнейшие инвестиционные и финансовые фонды. В инвестиционных фондах и банках уже созданы специальные подразделения ESG активов. Инвестиционные фонды и банки дают понять своим клиентам, что они отдают приоритет тем активам, которые соответствуют стандартам в области экологии, социальной ответственности и корпоративного управления (стандарты ESG). И, наоборот, они будут выходить из тех активов, которые таким стандартам не соответствуют.

Особенно громко прозвучали заявления крупнейшего в мире финансово-инвестиционного холдинга BlackRock. Не только он, но ещё около ста других международных банков и инвестфондов уже объявили, что исключат из своих инвестиционных портфелей компании, которые получают значительную часть выручки от продажи угля.

Жак Аттали: поддержка заговора

В развёртывании «Великой перезагрузки» огромную роль играет выдающийся идеолог глобализма Жак Аттали. Имя его у каждого на слуху. Напомню, что это французский экономист, писатель и политический деятель. Родился в 1943 году в Алжире. В 1956 г. семья Жака перебралась в Париж. Приобрёл особую известность в 1981 году, когда стал советником президента Франции Франсуа Миттерана. В апреле 1991 года стал первым главой Европейского банка реконструкции и развития. Аттали — один из фигурантов по делу о незаконной продаже оружия Анголе («Анголагейт»). Масон (по некоторым данным, иллюминат), является членом Бильдербергского клуба. «Серый кардинал» при президентах Франции.

Ещё более четырёх десятков лет назад, в 1979 году мало тогда известный широкой публике молодой политолог Жак Аттали, выступая по французскому телевидению, изложил свою концепцию «диктатуры здоровья». Вот выдержки из выступления: «Мы установим абсолютную форму диктатуры, при которой каждый пожелает добровольно («свободно») соответствовать установленным нормам. Надо, чтобы каждый добровольно («свободно») принял свой статус раба». «Эта новая форма тоталитарного общества создаётся с помощью медицины, принятых понятий добра и зла, отношения к смерти». Используя слово «мы», Жак Аттали, видимо, имел в виду в первую очередь Франсуа Миттерана, с которым он сотрудничал начиная с 1973 года (помогал ему бороться за кресло президента Франции, был неформальным советником Миттерана и возглавляемой им Социалистической партии).

Уже тогда он выдвинул предложение введения специальных паспортов здоровья для контроля над людьми. Эксперты общественной организации United World International в своём обзоре «Мировой фашизм на горизонте? Глобалистские планы на 2021 год», обсуждая перспективы введения в мире в нынешнем году такого документа, как «паспорт иммунитета» («immunity passport»), отмечают: Жак Аттали был первым, кто озвучил идею подобного паспорта.

Гораздо более резонансным было заявление, озвученное Жаком Аттали почти 12 лет назад (ведь тогда он уже был очень известной фигурой). Трибуной политика стал авторитетный французский журнал L’Express. У Жака там была своя колонка, и в ней 5 марта 2009 года он опубликовал свои «откровения». Напомню, на фоне каких мировых событий состоялась та публикация: во‑первых, мировой финансовый кризис; во‑вторых, эпидемия так называемого «свиного гриппа», захватившая многие страны.

Начинает Аттали с такой философской мысли: «История учит нас, что человечество существенно развивается только тогда, когда оно действительно боится: тогда оно начинает создавать защитные механизмы…» Он сетует по поводу того, что государственные деятели и политики упустили уникальную возможность начать перестройку мира, которую давали глобальный финансовый кризис и эпидемия свиного гриппа. К моменту публикации «откровений» пик и того и другого уже был пройден. Жак Аттали полагает, что теперь надо ждать следующего кризиса и следующей эпидемии. И уж ни в коем случае государственные деятели и политики не должны сплоховать, они обязаны начать радикальные действия.

Аттали уверен: «Великая пандемия гораздо более успешно, чем любая гуманитарная или экологическая проповедь, убедит людей в необходимости альтруизма…» Под «альтруизмом», как следует из контекста, понимается готовность людей идти на какие‑то социально-экономические жертвы и самоограничения «в интересах человечества».

Жак Аттали призывает «извлекать уроки, чтобы до следующего неизбежного события мы создали механизмы предотвращения и контроля, а также логистические механизмы справедливого распределения лекарств и вакцин. Для этого нам придётся создать глобальную полицию, глобальное хранилище (вероятно, имеется в виду создание мирового централизованного запаса медикаментов и вакцин) и, следовательно, глобальное налогообложение».

А ради чего предлагает всё это затеять Жак Аттали? Он сам отвечает: «Тогда нам гораздо быстрее удалось бы заложить фундамент настоящего мирового правительства, чем если бы мы полагались исключительно на экономические процессы».

И вот спустя 11 лет после тех «откровений» Жака начались события, которые свидетельствуют о том, что идеи этого французского политика и важного масона начинают претворяться в жизнь. Судя по всему, Жак Аттали действует в тесном тандеме с другим «интеллектуалом» из числа мировой элиты — Клаусом Швабом. Это два главных рупора, озвучивающих установление нового мирового порядка в мире. В прошлом году Аттали дал целый ряд интервью, из которых следует, что он очень удовлетворен происходящим в мире (объявленная ВОЗ «пандемия коронавируса», последовавший планетарный локдаун, обнародованный план «Великой перезагрузки»). И надеется, что процесс будет доведён до логического конца, т.е. до создания настоящего мирового правительства. Некоторые оппоненты и критики называют в этой связи данного представителя мировой элиты «фашистом».

Жак Аттали приветствует мировой локдаун. Ведь он ещё в 2009 году говорил о необходимости радикального изменения мирового экономического и политического порядка. А сделать это будет легче, если начать «закручивать гайки», ссылаясь на такой форс-мажор, как какая‑нибудь вирусная эпидемия. Коронавирус 2020 года и стал форс-мажором, облегчившим ликвидацию свобод человека. А также демонтаж «рыночной экономики», которая, по мнению Жака Аттали, является питательной почвой для демократии. На смену приходит тоталитарный режим мировой элиты и диктатура транснациональных корпораций. В идеале предстоит создание, как выразился Аттали, «централизованной глобальной распределительной экономики».

Словоохотливый глобалист дал немало интервью, в которых излагал свои взгляды на происходящие события. Приведу некоторые из его «откровений». Вот, например, беседа с японцем Миной Мицуи, руководителем парижского бюро Sankei Shimbun и JAPAN Forward. Интервью было в мае 2020 года, но Аттали как экономист уже был уверен, что по итогам года будет очень серьёзный спад мировой экономики: «Кризис очень глубокий. Это только начало. Даже страны, которые меньше всего пострадали, будут захвачены мировой рецессией, самой сильной за столетие». Что ж, тут он проявил себя как профессиональный экономист, и не ошибся. Спад мировой экономики, согласно предварительным данным МВФ, составил в истекшем году 4,4%.

Затем Аттали, превратившись из экономиста в философа, пускается в рассуждения о благотворности эпидемий для прогресса человечества. Так, он считает, что серьёзнейший удар по христианству в Европе Средних веков нанесла чума, которая выкосила половину населения: «Великая чума XIV века бросила вызов религиозному авторитету, который был не в состоянии спасти жизни и даже не мог объяснить значение смерти страдающим людям. Затем полиция сменила священников. В конце XVIII века врачи заменили полицию как оплот против смерти. Эпидемии породили современное государство и преобладание научного ума над религиозным авторитетом». Аттали позиционирует себя как атеист, поэтому считает очень положительным явлением то, что религия в значительной мере была замещена наукой.

Да, эпидемии и пандемии являются в какой‑то мере стихийными природными явлениями, но их, по мнению Аттали, можно и нужно использовать осознанно, меняя общество в заданном направлении: «В нынешней ситуации начинается осознание необходимости другой формы общества. Мы должны перенаправить нашу экономику в сторону «ориентированных на жизнь отраслей», таких как здравоохранение, питание и гигиена, энергетика, образование, медицинские исследования, водные ресурсы, цифровой сектор, безопасность и демократия…» Слова об «экономике жизни», «безопасности» и «демократии» у Жака Аттали звучат в последние годы постоянно.

Но он предупреждает: всё это будет в «будущем». Сначала придётся пройти через серьёзные лишения (у него это называется «альтруизм»), «ограничения» демократии (самоизоляции, локдауны) и даже войны — как «горячие», так и кибернетические, экономические и всякие иные.

Здесь можно вспомнить одну из наиболее резонансных книг Жака Аттали, которая называется «Краткая история будущего» (увидела свет в 2006 г). Работа представляет собой прогноз развития мира на ближайшие полвека. По Жаку Аттали, история полувекового будущего обещает быть очень напряжённой и даже трагичной. На самом первом этапе (до 2025 года) Америка утратит роль мирового лидера. Это как минимум, а как максимум в Америке могут начаться серьёзные кризисы и конфликты, и она станет совсем заурядным государством.

На следующем этапе будут некоторые попытки со стороны Китая и, может быть, Европы занять опустевшее председательское место Америки, но эти попытки закончатся ничем. Усилится влияние и роль в мире транснациональных корпораций. Они будут всё более размывать устои национальных государств и в существенной мере замещать их (приватизация государства). Усилятся социальные напряжения, вызванные всё большей поляризацией общества (результат эгоистической и даже хищнической деятельности ТНК). Кончится всё большой, затяжной и тяжёлой мировой войной. А по окончании её, наконец, возникнет желанный «дивный новый мир». Описание войны и, тем более, того, как образуется новый справедливый порядок, или «земной рай», у Жака Аттали очень размыто.

Впрочем, автор признаётся, что полной гарантии того, что после войны возникнет «рай», нет. В контексте интервью, данного японскому журналисту, важна следующая мысль из книги «Краткая история будущего»: чем больше «альтруизма» (т.е. сознательного или принудительного принятия разных ограничений) проявит человек в настоящее время, тем больше шансов, что будущая война не будет такой тяжёлой. И тем больше шансов, что всё‑таки человечество увидит желанный «рай».

А вот «откровения» Аттали итальянскому изданию FarodiRoma, сделанные в июле 2020 года. В этом интервью Аттали не скрывает своего удивления и радости по поводу того, что перестройка мира в условиях «пандемии» стала происходить столь успешно. Так, его приятно удивило, что более 2,5 миллиарда человек смогли переключиться на удалённую работу в одночасье. Он знал, что «удалёнка» станет частью нового порядка, но не думал, что это произойдёт так быстро и при относительно невысоком давлении со стороны властей. Стало быть, есть надежды на то, что человечество так же спокойно и смиренно примет и другие новации и будет быстро меняться в «правильном» направлении. Сейчас самое главное — оказывать давление на государственных руководителей, которые порой очень инерционны, пребывают в спячке. Их надо либо «будить», либо менять.

Жак Аттали недоволен тем, что власти многих стран пытаются спасать те отрасли экономики, которые уже «мертвы» и никогда не возродятся. И это вместо того, чтобы все ресурсы сконцентрировать для развития «экономики жизни»: «Секторы, которые я называю «экономикой жизни» — здравоохранение, образование, питание, цифровой мир, — будут очень хорошо работать. Но другими секторами будет труднее управлять или они уже мертвы». В качестве примера «мёртвых» отраслей он называет автомобилестроение и авиастроение.

Философ-глобалист полагает, что было бы лучше перебросить квалифицированных инженеров и других специалистов из «мёртвых» отраслей в сектора «экономики жизни». Самое удивительное, что в философско-экономических построениях Жака Аттали «экономика жизни» соседствует с «экономикой войны». У него нет чёткого и внятного определения «экономики войны», или «военной экономики», но это одно из любимых понятий Аттали. Судя и по данному интервью, и по другим выступлениям, под «экономикой войны» этот масон-философ понимает полную ликвидацию той модели экономики, которую принято называть «либеральной» или «рыночной».

Где рынок, там и демократия, а с помощью демократии никому ещё не удавалось совершать революционные преобразования общества. Для этого необходима диктатура. Не в данном интервью, а в ряде своих книг и статей Жак Аттали намекает на то, что та модель мобилизационной экономики, которая была создана в Третьем рейхе, заслуживает изучения и применения в современных условиях. Он очень сетует на то, что даже в условиях пандемии власти не решились перевести свои экономики на рельсы военно-мобилизационной модели. С учётом последних «откровений» Жака Аттали лучше начинаешь понимать, почему некоторые оппоненты этого политика называют его «фашистом».

В заключение хотел бы обратить внимание на интервью, которое Жак Аттали дал мексиканскому информационному агентству Confabulario. В нём меня особенно заинтересовал один пассаж. Аттали опять вспомнил о своей книге «Краткая история будущего» и указал на основные этапы, которые человечеству предстоит пройти в ближайшие полвека. Он повторил, что в его схеме краткой истории будущего первым этапом является закат Америки как великой державы. И сказал, что этот этап уже завершён. Данные слова были сказаны им 26 декабря, т.е. даже до окончательного решения о победителе в президентских выборах 3 ноября 2020 года. Что ж, Жак Аттали ошибся немного. Закат произошёл на пять лет раньше, чем он предсказывал в книге 2006 года. Но, кажется, такая «ошибка» Жака Аттали не огорчила, ибо реализация планов перестройки мира, по его мнению, идёт даже с опережением графика.

«Свадебный генерал», мечтающий стать вождём

В команде Клауса Шваба есть такой «свадебный генерал», как принц Чарльз. Его пребывание в команде измеряется многими годами. И вклад этой монаршей фигуры в дело построения здания «дивного нового мира» по чертежам мировой элиты весьма весом. О нём поговорим подробнее.

Принц Чарльз родился в 1948 году, на сегодняшний день ему 72 года. Старший сын королевы Великобритании Елизаветы II и её покойного мужа принца Филиппа, герцога Эдинбургского. Ходят слухи, что в этом, 2021 году наконец‑то Елизавета II уступит королевский трон принцу Чарльзу.

Многие члены королевской семьи, включая принца Филиппа, герцога Эдинбургского, уже многие десятилетия увлечены вопросами защиты дикой природы. Думаю, что принц Филипп не мог не оказать определённого влияния на своего сына. Принц Чарльз «заболел» проблемами защиты дикой природы, охраны окружающей среды и борьбы с климатической катастрофой. Не так давно он, например, заявил, что в мире есть вещи посерьёзнее, чем COVID-19 и даже ядерная война. Как вы думаете, что это? Оказывается, глобальное потепление.

Наш герой патронирует около 350 организаций — фондов, обществ, клубов и др. Он — идеальный «свадебный генерал», поэтому его везде приглашают что‑то открыть, в чём‑то поучаствовать, что‑то возглавить. Сосредоточусь на последних годах. Тут обнаруживается выстраивание тесного и взаимовыгодного сотрудничества принца Чарльза и президента ВЭФ Клауса Шваба. Принц становится гостем саммитов в Давосе, его благородная экологическая деятельность находит отражение на сайте ВЭФ.

В январе 2020 года на саммите в Давосе принц Чарльз был в центре внимания. Его выступление на форуме было оформлено как встреча с всемирно известной экологической активисткой 17‑летней Гретой Тунберг. Принц произнёс свою обычную мантру: «…Изменение климата и разрушительная утрата биоразнообразия — величайшие угрозы, с которыми человечество когда‑либо сталкивалось. Хотим ли мы войти в историю как люди, которые ничего не делали, чтобы вернуть мир? Мы должны действовать, и время действовать — сейчас». Была и конкретика: предложения ввести углеродные налоги, перевести авиацию и другие виды транспорта на водородное топливо и т.п.

Но ещё более значимым и резонансным было выступление принца на площадке ВЭФ 3 июня 2020 года. Принц Чарльз на этом дистанционном саммите ВЭФ удостоился чести открыть встречу. В своём вступительном слове он упомянул план «Великой перезагрузки». Так что с формальной точки зрения план впервые был оглашён не Клаусом Швабом, а принцем Чарльзом.

В своей речи принц изложил собственное понимание «Великой перезагрузки». Он заявил:

«Если есть один важный урок, который можно извлечь из этого кризиса, — это то, что мы должны поставить природу в центр всей деятельности. У нас просто больше нет времени на разговоры».

У принца есть своя заветная инициатива под названием Terra Carta («Хартия Земли»). Она представляет собой план мероприятий до 2030 года, нацеленных на обеспечение устойчивого развития. Инициатива выдвинута в рамках более широкого проекта, получившего название «Инициатива по обеспечению устойчивости рынков» (Sustainable Markets Initiative), анонсированного принцем в Давосе в январе 2020 года.

В отличие от многих других инициатив и проектов, которые сводились к проведению встреч, семинаров, конференций и форумов, проект Terra Carta очень конкретный и очень финансовый. Принц Чарльз объявил сбор денег в размере 10 миллиардов долларов для финансирования проектов в сфере охраны окружающей среды. Это попытка члена королевской семьи создать коалицию крупного бизнеса под красивым флагом. Видимо, он решил взять пример с госпожи Линн де Ротшильд, которая под флагом построения «дивного нового мира» несколько лет назад создала Партнёрство за инклюзивный капитализм. Принц Чарльз делает пока лишь первые шаги в этом же направлении.

На начало февраля под своим флагом нашему герою удалось собрать 25 организаций, представляющих разные сектора бизнеса. Среди них — такие гиганты, как крупнейший в мире инвестиционный фонд BlackRock, транснациональные банки Bank of America и HSBC. Видимо, принц Чарльз решил вступить в конкурентную борьбу с самой Линн де Ротшильд. С учётом сказанного вряд ли он согласится и далее ограничиваться ролью «свадебного генерала» в проекте «Великой перезагрузки». Клаус Шваб — человек достаточно преклонного возраста. Скоро может встать вопрос о том, кто может стать преемником вождя «Великой перезагрузки». Претендентов много. И принц Чарльз — один из них.

Автор — Валентин Катасонов, ученый-экономист, преподаватель, публицист, профессор кафедры международных финансов МГИМО, доктор экономических наук, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова