Музыка

Фанковый президент или левое яйцо Джеймса Брауна

21.04.2016

История фанка начинается с забытого сингла Д. Брауна «Funky Drummer» (с его компиляции из 4-х CD «Star Time») 1965 года. Крёстный отец соула с его уникальным чувством ритма и постоянным поиском новых ритмов, любил экспериментировать с барабанами, сажая за установки по несколько барабанщиков, и на песне «Funky Drummer» он добивается их угрожающего звучания, будто вызывая из небытия дух этого Фанкового Барабанщика. Этакое ужасное косматое чудовище, бьющее во все барабаны сразу. Брауну безумно нравится это дурное чудовище. У него захватывает яйца, как захватывало в детстве, когда он качался на качелях. Он очень много думал своими яйцами и где-то там и рождалась фанк-музыка. И если Соул музыка произошла из правого яйца Джеймса Брауна, то Фанк – из левого.

Джеймс Браун в 1980-м.

К тому времени Джеймс Браун уже устал от сладости соула. Его перестала цеплять эта музыка. Он создал десяток хитов в этом жанре, и мог создать еще десяток, но ему хотелось чего-то более забористого. Его явно недопирало. Его яйца просили более крутой подпитки, им стало не хватать воздуха, внутреннего пространства. Браун начал двигаться к более синкопированным ритмам. Он заставляет барабанщика сдвигать сильную долю и играть этими сдвигами.

Его начинает все больше и больше переть новый ритм, и он, как Карабас Барабас щелкая кнутом, дрессирует своих барабанщиков, чтоб его перло еще сильнее. Он заряжается новым ритмом, и отныне его поиски идут в этом направлении. Его соул дает крен в фанк – некую пугающую версию соул, нечто такое танцевальное и одновременно грозное.

Следующие синглы “Out of Sight” и “I Got You” показывают его дальнейшее движение в этом направлении, а мощный хит “Papa’s Got a Brand New Bag” с его неостановимым ритмом, проворной духовой секцией и лихорадочно скрипящей гитарой практически полностью определяют новую музыку. Его работы становятся источником вдохновения для всех, идущих следом.

Одна из главных заповедей Брауна была в том, что каждый инструмент должен ИГРАТЬ СВОЙ РИТМ вокруг основного ритма. Девиз многих мастеров фанка «играть фанк, как заповедывал Крестный Отец» («in James Brown’s way») — это как строить социализм по ленинским заветам, не сбиваясь с пути, начертанного вождем. Никто круче группы Джеймса Брауна не сыграет фанк. Все идёт от Джеймса Брауна.

В 16 лет Джеймс сел на 3 года в тюрьму за участие в грабеже. К пенсии решил посмотреть, не изменилось ли что в тюряге со времён его молодости и в отправился туда снова. На этот раз по обвинению в нападении на полицейского, а также незаконном хранении оружия (пистолета) и наркотических веществ. Позже он покаялся, заявив в интервью, что в него словно дьявол вселился.

На самом деле, Браун, крутейший мафиози в мире «чёрного» шоу-бизнеса, буян, развратник, наркоман – фигура просто умопомрачительная. В 1989-м году полиция, вызванная его женой после семейной ссоры с побоями, находит в доме уйму кокаина, героина и прочих лекарств, и Крестный Отец всей чёрной музыки садится за решетку на год. Играя концерты в его честь, вышколенная им группа отвязывается вовсю, выдавая, наверное, самый безумно-опиздинительный фанк на «Shake Everything You’ve Got» («Тряси всем что у тебя есть!»). Браун в это время живет в своей тюрьме лучше, чем во дворце, и оттягивается музычкой своей отвязавшейся группы.

Джеймс Браун в образе бомжа, отмотавшего тюремный срок. В конце жизни.

Еще смешнее периодические сообщения в музыкальной прессе о судах Джеймса Брауна с его музыкантшами, обвинявшими его в различных домогательствах (знаменитое американское обвинение в так называемом «sexual harrasment» – когда босс ставит в прямую зависимость возможность работы от удовлетворения своих сексуальных желаний).

«Он просто грязный старый бабник, и я хочу оградить себя от него», — говорила его трубачка, подавая иск в суд. Но в этом весь Джеймс Браун. «Проснулся я утром и почувствовал себя секс-машиной» — поет он в своем хите «Sex-Machine». Его откровенно похотливые стенания, если в них вслушаться – «о, бэйби, только вернись, нам вместе было так сладко» — в иную минуту вызывают у слушателя приступы хохота. «Мне так хорошо с тобой, что я кричу – ааааа!!!!» и тысячный зал вторит Брауну – «ааааа!!!!!».

Сейчас, на лице шестидесятилетнего Брауна отпечатались все пороки человечества, но видимо только так можно играть эту зверско-сексуальную музычку, которую отмачивает этот папик (послушайте его концертную запись 1988 года), окруженный на сцене ластящимися к нему бабами всех возрастов.

Джеймс Браун и в старости не терял вкус жизни, любя приударить за симпатичными дамочками. Ай да старичок! Учись, молодёжь!

Фанковый мир Джеймса Брауна — невыдуманный примитив, достаточно патриархальный и крайне показательный. Можно сделать вывод, что ФАНК – это рай черного человека, сравнимый с мусульманским парадизом, нашедшим своё отражение в образе гарема. Конкретнее этим в будущем уже займется гангста-рэп, чей главный герой даже не крутой гангстер с пистолетом, а сутенер, разводящий своих пташечек.

Потому что Заян (Zion, Сион, Зион) растаманов, самый возвышенный образ чёрной культуры вообще, несёт в себе неразрешаемое противоречие. Этот образ заимствован растаманами из Библии, и на месте Святой Земли Иудейской растаманы увидели зеленую Маму-Африку. Созданная Джа земля первых людей с ее сердцем Эфиопией — это образ рая, куда улетает душа праведника… Он не просто накрепко привязан к земле, он и есть земля.

И противоречие между внеземным характером рая и его земным воплощением неустранимо. Растаманы назвали раем Эфиопию, и уже через десять лет Эфиопию поразил страшнейший голод, и проклятый Вавилон, собирая денежные пожертвования, выступил в роли кормильца Эфиопии. Поскольку заповеданный рай растамана превратился в голодный ад, как в свое время Иерусалим стал пепелищем заштата римской империи, а император Тит хвастливо преподносил на Форуме святыни иудейские.

Фанк — а за ним вся хип-хоп музыка и гангста-рэп – музыка, рожденная в американском Вавилоне, уже знает что почем в этом мире. Этот мир fucked, он ни на что уже не годен. И из левого яйца Брауна вылупился новый мир.

Прощание с публикой.